Ситуация в Донбассе вспыхнет с новой силой — всё идёт к эскалации

37_tn

Ситуация на востоке в первой трети апреля имеет все тенденции к обострению: увеличилось количество огневых контактов; обе стороны в ключевых точках применяют тяжёлое вооружение; фиксируется подход к линии соприкосновения дополнительных сил на уровне рота / батальон; в районах, где уже несколько месяцев наблюдалось основательное затишье, снова становится громко.

В отдельные сутки количество обстрелов достигало 90 эпизодов, "проседая" до 30–40 в относительно "спокойные" дни. С чем это связано? С погодой, подсыхающим грунтом, затяжным кризисом в плане политического урегулирования и невозможностью сохранять дальнейший статус-кво. Мы уже акцентировали на этом неоднократно: невозможно заморозить ситуацию на годы, когда фронт проходит посреди транспортных развязок, агломераций, в пригороде города с миллионным населением, на территории бывших шинных заводов, ферм, конюшен и промышленных центров.

Просто по самым банальным причинам — экономическим и военным, но прежде всего военным. С одной стороны, когда два года обе стороны довольно плотно обмениваются огневыми ударами, то без массированного ввода полицейских сил или миссии безопасности ООН вялотекущие боевые действия могут продолжаться годами, с несколькими крупными обострениями в год, как в Карабахе или во время второй Ливийской кампании. Тем более, что силы и Украины, и "Л/ДНР" находятся в застройке на кинжальных дистанциях, массированно не применяют крупный калибр, и, считая на низовом уровне, что только политики не дают им поставить точку в конфликте, такое положение всегда вызывает волну насилия. На фоне усиления обеих вооружённых структур в регионе обострение — лишь банальный вопрос времени. Но чисто в военном отношении фас по линии Донецка и Горловки от Марьинки до Зайцево, включая дугу на Светлодарске, будет оставаться незаживающей язвой ещё недели и месяцы, ведь участники конфликта находятся в визуальном контакте, значительно наращивают силы вдоль линии соприкосновения и располагают ключевыми интересами в этих точках. Украина обкладывает сепаратистские анклавы от обороны, окружая их линией опорных пунктов, замыкая блокаду, открывая и закрывая пункты пропуска, массируя силы и средства в ключевых точках. "Гибридная" армия второй год пытается отбросить ВСУ от Горловки и Донецка — жизненно важных населённых пунктов для "молодых республик", не оставляя попыток выйти на оперативный простор и нанести тяжёлый ущерб Украине, штурмуя электростанции и стратегические предприятия. Если на Луганском и Приморском направлениях стороны разделяют реки и труднодоступное дефиле с обилием высот, то в центре дистанция до позиций противоборствующих сторон и обилие застройки позволяют проводить локальные наступления и занимать "серую" зону.

С другой стороны, давление также оказывает экономика. Это не ПМР, разделённая крупной речкой, или горные массивы в Южной Осетии — у нас здесь минные поля посреди фермерских хозяйств, "накрытые" автобусы и жилые дома во время частых обострений, часть одного предприятия в Украине, а часть — в "Л/ДНР", разорванные производственные цепочки и пункты пропуска, заметно влияющие на макроэкономическую ситуацию. При этом сепаратистский кусок слишком велик, чтобы выжить самому, но слишком мал, чтобы в одиночку противостоять Украине. Даже одиозные котоновые спикеры не заглядывают в будущее дальше особых районов в составе Украины, чтобы находиться на её балансе, но продолжать ставить палки в колёса, блокируя интеграцию в западные структуры и заставляя тратить ресурсы на любые моменты, связанные с противостоянием агрессии или восстановлением региона. Всё. Точка. Бандитский нищий анклав, потеря до 800 тысяч рабочих мест, более 1,5 миллиона переселенцев, переехавших только в Украину, падение ВВП минимум на треть от довоенного уровня, более 300 тысяч человек на востоке испытывают острую нехватку продовольствия, регулярные взрывы газопроводов и гибнущие полевые командиры от минных ловушек на дорогах, военная диктатура и 12% разрушенного жилого фонда. Отсутствие портов, паралич и остановка крупнейших заводов, "серая" зона для контрабанды и нулевые перспективы для любого бизнеса, не связанного с криминалом. Если у кого есть желание посмотреть перспективы таких образований — добро пожаловать в Абхазию или Приднестровье, края вечной контрабанды, палёной водки, пирогов, сигарет и мандаринов.

Именно поэтому война будет продолжаться: чтобы иметь хоть какой-то шанс получить ресурсы, для боевиков остаётся участь вечного раздражителя для официальной Украины. Все, кто пытается разорвать порочный круг и перестать выступать в роли "прокладки" в торгах за Крым или оспорить личную власть Захарченко с Плотницким, отправляются на подвал или в Страну вечной охоты. Складывается интересный парадокс: люди продолжают умирать за особый статус в составе Украины, штурмуя совершенно бесполезные с этой точки зрения строения и промышленные комплексы. "Л/ДНР" по-прежнему остаются только рычагом воздействия, картой в торгах, а не субъектом переговоров: местные жители рассматриваются как людской ресурс или картинка на ТВ. Прекратится картинка или давление — прекратится приток ресурсов, распил на топливе, махинации с гуманитарной помощью или выплатами за ранение, после выполнения "Минска" остро встанет вопрос с Крымом и компенсациями за развязанную войну. Украине же очень нужно только одно — прекращение поддержки боевиков из РФ. Для этого необходимо продолжать усиливать блокаду, группировку в регионе, блокировать все попытки выйти из минского процесса и наращивать давление на линии соприкосновения, чтобы рано или поздно поставить агрессора перед выбором — сворачивать проект или идти на эскалацию, получая новые санкции. Невозможно бесконечно содержать в поле десятки тысяч человек, годами проводить мобилизации и держать формирования на пике по техническому оснащению — окно силового решения будет открыто очень недолго, а без нанесения противнику жёсткого поражения вялотекущая война продолжится месяцами. Мы вступаем в период, когда конфликт начинает подпитывать сам себя: слишком много игроков заинтересованы в его эскалации.

Именно поэтому продолжается жёсткое позиционное противостояние в Авдеевке, впервые за многие недели начались бои на Луганском направлении, возросла огневая активность на приморском участке фронта, снова подрываются автомобили снабжения и взлетают на воздух объекты инфраструктуры (подрыв газопровода близ Дарьевки, пожар двух цистерн со 120 тоннами топлива) на той стороне. Война на истощение и эскалация, в принципе, желательны всем участникам конфликта. И у противника, и в ВСУ достаточно тяжёлые потери — информация массово идёт из открытых источников. У нас только в больницу Мечникова, во Львов, Харьков и Киев за последние дни доставлено больше 70 раненных, несмотря на то, что часть из них ранее стабилизированные или переведённые из местных районных больниц. Растёт количество обстрелов и растёт количество ранений, ничего удивительного. Есть двое пленных в Зайцево: "водовозка" сбилась с дороги и два бойца ВСУ оказались в плену. Подрыв БМП неподалёку Донецка и наезд грузового автомобиля на фугас в районе Коминтерново — по этим эпизодам около 8-ми "трёхсотых". Идёт упорная боевая работа, и, соответственно, это отражается на цифрах выведенных из строя и погибших. У боевиков — зеркальная картина, помноженная на то, что они вынуждены продвигаться на необорудованные позиции в районе Авдеевки и пытаться пройти цепь опорных пунктов ВСУ, чтобы вывести ДРГ в ближний тыл. Помимо 4–5 тяжело раненых и убитых командиров ротного и батальонного звена, погибшего командира бригады, у "гибридной" армии десятки убитых и выведенных из строя рядовых, пленный и перебежчик, несколько пропавших без вести боевиков.

Традиционно пик противостояния в треугольнике близ Донецка: Марьинка – "Бутовка" – "промка" – Зайцево – позиции по фасу Горловки и дуга в Светлодарске. Противник при помощи плотного огня пытается вытеснить с занимаемых позиций наши формирования на Славянском и Донецком направлениях; регулярные части обрабатывают миномётным огнём линии снабжения и инфраструктуру врага. По линии соприкосновения идут позиционные бои, особенно жёсткие — в промышленном центре Авдеевки, где передовые опорные пункты часто находятся на растоянии 400 метров, и "рубка" идёт вплотную, включая гранаты и подствольные гранатомёты. Всю неделю здесь активно применяли миномёты, включая 120-мм системы, идут снайперские дуэли, фиксируют движение малых групп. Мы в районе как наращиваем своё присутствие, так и расширяем зону контроля, продолжая поражать огнём развязку, трассу и позиции "гибридной" армии на дачах, близ "Царской охоты" и в районе Ясиноватского поста. В секторе нет никаких частей ГРУ, казаков, танковых атак на ВОП и волн пехоты со штурмами, только позиционные дистанционные бои, работа ДРГ в "зелёнке" и беспокоящий обстрел из нескольких боевых машин с максимального расстояния. Со своей стороны боевики жалуются на активность регулярной армии близ руин ДАП и далее к Марьинке: возле Спартака, Жабуньков, "Вольво-центра", Трудовских по их оборонительным порядкам работают СПГ, автоматические гранатомёты, 82-мм миномёты, снайперские комплексы. Именно этот участок фронта собирает самую кровавую жатву, в основном осколочные ранения, минно-взрывные травмы; очень плотно долбят снайперы и работает техника.

Вы должны чётко понимать, что происходит, когда журналисты пишут об обострениях и наступлениях: на нейтралку или в "зелёнку" на фланге выдвигается до усиленного взвода пехоты, под прикрытием частей огневой поддержки. Бортовое вооружение бронемашин, тяжёлое пехотное, станковые гранатомёты обрабатывают передний край с целью обнаружить систему огня, измотать личный состав, вскрыть комплекс мероприятий и сил противника. После начавшейся перестрелки наносится удар минами или снарядами крупного калибра, и под хаотичным плотным обстрелом со стороны отходят группы поддержки. 80% контактов на сегодня укладываются в эту схему. 13, 12, 10 апреля ночью противник использовал 152-мм орудия для ударов в районе Авдеевки и Зайцево — несколько коротких налётов. Впервые за многие недели фиксируют действия "гибридной" армии близ Луганска: обстреляны миномётами позиции ВСУ под Станицей; есть данные, что в район доставлены понтоны; также приходят сообщения об перестрелках на Приморском направлении по линии Водяное, Талаковка, Гнутово, Широкино. Ничего удивительного: обозначать наступление или предпосылки к нему совместно с основной активностью на других участках — характерный почерк советской военной школы.

Традиционно первый обзор месяца об оперативной обстановке. Она не меняется уже много месяцев. "Гибридная" армия ищет возможность отодвинуть наши войска от "столиц" и выйти на оперативный простор, изматывая их на передке и нащупывая слабину в цепи опорных пунктов. ВСУ пытаются уплотнить боевые порядки и затягивать удавку блокады, контролируя территории непризнанных республик огнём и пунктами пропуска. Как и раньше, их ставка — на массирование сил и средств в застройке с кинжальными танковыми бросками; наша ставка — на артиллерию, которая в случае наступления поражает второй эшелон, инфраструктуру, объекты логистики и склады, максимально снижая темпы атак. Несмотря на то, что мы сохраняем преимущество по количеству стволов крупного калибра и живой силе, противник тоже значительно нарастил огневую мощь. Речь идёт о дивизионах и сотнях стволов. 1-й армейский корпус "ДНР" — 4 механизированных бригады с соответствующими артиллерийскими группами, и "Кальмиус" по штату артиллерийской бригады. У нас также сводят отдельные части в составе более крупных формирований, придавая им поддержку; проводят слаживание "Айдара", "Донбасса" и горного батальона в составе 10-й ОГШБр, с БРАГ; продолжают снимать с консервации ствольную артиллерию и САУ, не только закрывая потери и компенсируя износ, но и наращивая группировку. В общем, в случае обострения обе стороны доставят тонны металла на передок в считанные часы, в буквальном смысле аннигилируя застройку по линии соприкосновения.

Поэтому операция проходит неспешно: эскалации пока необходимо максимально избегать, забирая "серую" зону, перерезая рокады, проводя инженерные работы и минируя местность. Противник гоняет танки и запчасти к ББМ через половину Евразии; создаёт с ноля тыл и снабжение; опирается на откровенно криминальные структуры в регионе, с соответствующими косвенными усушками и утрясками в плане ресурсов; пытается без массированной артиллерийской поддержки выдавить нас из капитальных строений — это дорого и чревато потерями. Повестка дня та же — купировать агрессию с минимальными утратами, наращивая силы. Рано или поздно ситуация в регионе вспыхнет — всё идёт к эскалации. К этому моменту мы должны быть готовы: и армия, и общество.